Статья размещена в открытом доступе и распространяется на условиях лицензии Creative Commons Attribution (CC BY).
ОРИГИНАЛЬНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ
Вызовы открытой науки и новые роли этических комитетов
Институт философии Национальной академии наук Беларуси, Беларусь
Этические комитеты (далее — ЭК) на протяжении десятилетий остаются одним из ключевых институтов защиты прав и благополучия участников биомедицинских исследований. Их классическая функция — независимая экспертная оценка исследовательских проектов на основе соотношения научной ценности, рисков и пользы, корректности информирования участников и в целом соблюдения базовых принципов биомедицинской этики — уважения к личности, непричинения вреда, благодеяния и справедливости [1]. Исторически становление этической экспертизы было связано с реакцией международного сообщества на злоупотребления в биомедицинских исследованиях; важнейшей вехой здесь стала Хельсинкская декларация Всемирной медицинской ассоциации, закрепившая приоритет интересов участника исследования над интересами науки и общества [2, 3].
Однако по мере развития исследовательской практики становится все более очевидным, что деятельность ЭК далеко не всегда соответствует задачам, изложенным как в рекомендательных документах, так и в национальных законодательных актах. Как правило, это связано с формальным характером рассмотрения протоколов исследований и содержания информированных согласий, невниманием к созданию и использованию баз данных, недостаточной защитой конфиденциальности участников исследований, отсутствием знаний и умений провести юридически корректную и этически содержательную экспертизу и т. д. Во многих случаях этический контроль ограничивается проверкой документов и процедур, тогда как более глубокая оценка исследовательского контекста, социальной значимости и потенциальных последствий проекта остается за пределами интересов экспертизы ЭК.
Современная парадигма развития науки — открытая наука — привносит существенные изменения в параметры и задачи исследовательской деятельности и, соответственно, требует серьезной трансформации в работе ЭК. Вследствие паттернов открытости и доступности для общества, а также в связи с использованием систем искусственного интеллекта (ИИ), являющегося главным инструментом открытой науки, преобразуется сама архитектура исследовательского процесса. Так, данные становятся доступными для повторного анализа, что повышает требования к их сбору, хранению, прозрачности, воспроизводимости и управлению, публикации — более динамичными и открытыми, собственно исследования приобретают меж- и трансдисциплинарный характер, ответственность исследователя за результаты своих исследований возрастает, все больше внимания необходимо уделять вопросам гуманизации науки и обеспечению безопасности человека и природы. Для ЭК это означает необходимость расширения и углубления их работы — не только учитывать традиционные вопросы экспертизы, но и рассматривать использование систем ИИ в исследованиях, анализировать жизненный цикл данных, включая их деперсонализацию и хранение, акцентировать вопросы соблюдения научной добросовестности и честности, привлечение общества к исследованиям и т. д. Сегодня возрастает значение экспертизы, способной оценивать не только отдельное исследование, но и общественную и цифровую инфраструктуру, в которой оно реализуется.
Особенную сложность для ЭК создают междисциплинарные исследования, в которых пересекаются медицина, биостатистика, информатика, социология, право, этика и другие научные направления. Такие проекты требуют иных методологических и этических критериев, чем традиционные клинические исследования, поскольку затрагивают разные режимы работы с данными, неодинаковые стандарты доказательности и различные представления о допустимых рисках. Одновременно меняются и ценности исследовательской деятельности: на первый план выходят прозрачность, ответственность за алгоритмические решения, справедливость доступа к данным и публикациям, а также этическая проверка способов производства научного знания.
Значимость в современном мире приобретает также консультативная и просветительская роль членов ЭК, направленная на постоянную работу с учеными и обществом, формирование рекомендаций и других вспомогательных материалов для работы исследователей. Для решения поставленных вопросов необходимо переосмысление роли ЭК как институтов, сопровождающих науку не только в режиме контроля, но и в режиме методологического и ценностного навигатора [4].
Цель исследования — обозначить и охарактеризовать новые приоритетные направления деятельности и роли ЭК, формирующиеся в ответ на вызовы открытой науки, внедрения ИИ в исследовательскую практику, развития новых моделей этики науки и становления междисциплинарных исследований.
МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ
Статья подготовлена в рамках исследования, проводимого на базе Национальной академии наук Беларуси (НАН) и Республиканского центра биоэтики (РЦБ).
Изучены международные и национальные документы, регулирующие этические аспекты проведения биомедицинских исследований, применения ИИ, защиты данных и организации исследований в условиях повышенной неопределенности и общественной значимости. Анализировались, в частности, рекомендации Всемирной организации здравоохранения по этике исследований, универсальные этические стандарты исследовательской этики, документы ЮНЕСКО по открытой науке и этике ИИ, а также национальные и ведомственные документы, регулирующие использование ИИ в медицине и научной деятельности и др. Дополнительно были изучены научные публикации, монографии и аналитические материалы по биоэтике, этике ИИ, открытой науке, исследовательской добросовестности и экспертной деятельности этических комитетов в медицине и смежных областях [:lit_5–8;].
Эмпирическую базу исследования составили результаты практической и экспертной деятельности, в том числе связанной с участием автора в международных проектах, посвященных работе ЭК. В частности — материалы международных проектов «Developing Recommendations for Ethics Committees and Policy Guidance for Eastern European / Central Asian Countries to Support Public Health Emergency Preparedness and Response», проводимого под эгидой ВОЗ и реализованного в 2020–2021 гг. при участии 11 стран Восточной Европы и Центральной Азии, и «Mapping Ethics Committee (IEC/IRB) Practices for Engaging Communities in Health Research in Eastern Europe and Central Asian countries», выполненного при поддержке ВОЗ в 2021–2022 гг. с участием Казахстана, Кыргызстана, Армении и Беларуси и посвященного моделям вовлечения сообществ в исследования в области туберкулеза.
Также значимо участие в международном исследовании Альянса исследовательских данных (Research Data Alliance, RDA) в составе рабочей группы Artificial Intelligence and Data Visitation Working Group (AI&DV WG), в рамках которой были подготовлены рекомендации для ЭК, рассматривающих исследования с применением ИИ и практик посещения данных в открытой науке [9].
Мы опирались также на данные анонимных пилотных опросов 2023–2025 гг., проведенных РЦБ в рамках инициативного проекта по этике использования ИИ среди представителей системы здравоохранения и образования Беларуси, а также пользователей ИИ из стран СНГ. Совокупно опросы охватили более 200 респондентов.
При анализе полученного материала учитывался опыт практической работы автора в составе ЭК Белорусской медицинской академии последипломного образования (БелМАПО) и Комитета по биоэтике Республики Беларусь (КБРБ), что позволило сопоставить нормативные требования, международные рекомендации и реальные экспертные практики.
В целом анализ полученных данных и практик позволил выявить наиболее актуальные направления обновления деятельности ЭК в условиях развития открытой науки, использования инструментов ИИ и в реалиях междисциплинарных исследований.
Методологическую основу проведенного междисциплинарного исследования составили системный и компаративный подходы, позволившие рассмотреть трансформацию деятельности ЭК в контексте открытой науки и цифровизации исследовательских практик. Применялись методы системного и сравнительного анализа, социологические методы интервьюирования и анкетирования, а также элементы статистической
обработки эмпирических результатов. Такой подход обеспечил сопоставление нормативного, экспертного и практического уровней исследования и сформировал основу для практикоориентированных выводов о новых направлениях работы ЭК.
РЕЗУЛЬТАТЫ
Рассматривая новые задачи и вызовы, которые ставит перед ЭК открытая наука, сегодня необходимо определить основные направления совершенствования их работы, которые по сути расширяют область ответственности, понимание экспертизы и собственно значимость ЭК в современном обществе.
Одним из самых сложных вопросов деятельности ЭК сегодня становится экспертиза и сопровождение исследований, выполняемых с использованием ИИ. В условиях современной науки и повсеместного использования ИИ члены ЭК не могут уклоняться от рассмотрения проектов, в которых ИИ используется для обработки, интерпретации, отбора, интеграции и повторного использования данных. При этом становится очевидно, что имеющихся знаний и навыков в области биомедицины и традиционной биомедицинской этики для полноценной экспертизы таких проектов недостаточно. Это связано не только с новизной самих технологий, но и с тем, что ИИ изменяет логику научного исследования: трансформируются способы получения данных, критерии их оценки, процедуры принятия решений и требования к публикационной прозрачности.
В этих условиях необходим переход от фрагментарной оценки отдельных рисков к целостной системе, ориентированной на соблюдение этических принципов работы с ИИ в исследованиях. Такая система должна опираться на основные ценности и принципы биомедицинской этики — уважение к личности, благодеяние, непричинение вреда, справедливость. При этом она должна учитывать базовые принципы работы с ИИ — ответственность и управляемость, разъясняемые через соблюдение принципов прозрачности, интерпретируемости, безопасности, объяснимости и т. д., отражающие специфику работы с цифровой средой. Предложенные принципы должны быть обязательно дополнены важнейшими личностными и социальными требованиями к использованию ИИ — принципами справедливости и доверия. В рамках исследования совместно с коллегами мы разработали схему этических принципов работы с ИИ (рис. 1) [10], которая может служить рабочим инструментом как для этической экспертизы проектов, использующих ИИ, так и для исследователей. Предложенная система принципов позволяет ЭК оценивать допустимость и этичность использования ИИ в конкретном исследовании, выявлять потенциальные риски на более ранних этапах проектирования.
На основании предложенной выше схемы был разработан чек-лист, предназначенный для этического анализа использования ИИ в исследовании как для самооценки исследователей, так и для работы членов ЭК. Ответы на вопросы чек-листа позволяют оценить, учтены ли ключевые принципы этичного применения ИИ: определены ли цели использования технологии, описаны ли алгоритмические решения, обеспечена ли прозрачность обработки данных, предусмотрены ли механизмы контроля ошибок и недопущения дискриминации, а также ясны ли границы ответственности исследовательской группы. Для членов ЭК чек-лист служит инструментом структурированной экспертизы, помогающим сопоставлять представленные проекты не только с традиционными биоэтическими критериями, но и с новыми требованиями цифровой науки [9].
Новым направлением для работы ЭК с системами ИИ является экспертиза использования данных (баз данных). В исследованиях, использующих ИИ, часто именно данные становятся центральным объектом этической оценки, поскольку от их качества, происхождения, репрезентативности и режима использования зависит как научная достоверность результатов, так и соблюдение прав участников исследования. В этой связи принципиальное значение приобретают современные модели управления данными, в частности модель «FAIR — CARE — TRUST». Принципы FAIR ориентируют на то, чтобы данные были доступными, интероперабельными и воспроизводимыми; CARE подчеркивает ответственность, коллективную выгоду, уважение к правам и этику в отношении данных, особенно если речь идет о данных сообществ; TRUST акцентирует внимание на прозрачности, ответственности, ориентированности на пользователя, устойчивости и технологиях доверия [11, 12]. В совокупности эти подходы позволяют перейти от узко технического понимания данных к их этико-правовому и социальному осмыслению [13].
Наряду с этим следует учитывать и ставшие уже классическими требования к качеству данных, которые сохраняют значение в условиях открытой науки. Например, классические принципы ALCOA1 предполагают, что данные должны быть прослеживаемыми, читаемыми, своевременно зафиксированными, оригинальными и точными [14]. Эти критерии особенно важны при экспертизе проектов, где данные используются повторно, комбинируются из разных источников или становятся основой для алгоритмической обработки. Для ЭК это означает необходимость оценивать не только само исследование, но и путь данных — от их получения до последующего анализа, хранения, публикации и возможного повторного использования.
Отдельного внимания ЭК в условиях открытой науки требует проблема посещения данных. Под посещением данных сегодня понимается рационально организованный и контролируемый доступ к данным для целей проверки, верификации, повторного анализа и возможного вторичного использования в рамках согласованных этических и правовых условий. Для ЭК это означает необходимость понимать, каким образом данные могут быть доступны для научной проверки без нарушения конфиденциальности, автономии участников и правовых ограничений, как организован режим доступа к данным, алгоритмы их деперсонализации, механизмы ограничений на передачу и правила повторного использования.
Не менее сложной для ЭК становится и экспертиза научных публикаций, основанных на использовании ИИ. В современных условиях публикация уже не может рассматриваться как нейтральное завершение исследования: она должна отражать, каким образом ИИ был использован, какие данные были задействованы, как контролировались ошибки, кто несет ответственность за выводы и каким образом обеспечивалась исследовательская добросовестность. Это предполагает новые требования к отчетности, прозрачности авторства, раскрытию роли инструментов ИИ и корректному описанию процедур анализа данных.
Таким образом, экспертиза исследований с использованием систем ИИ приоритизирует не только обновления профессиональной компетентности членов ЭК, но и разработку комплексных методических рекомендаций, охватывающих принципы работы с ИИ, управление данными, посещение данных, требования к публикациям и т. д. В этих условиях необходимо системное обучение членов ЭК и внедрение практических инструментов, позволяющих проводить этическую экспертизу современных цифровых исследований на качественно новом уровне.
Еще одним важнейшим приоритетом и новым направлением этической экспертизы исследований в условиях открытой науки является анализ привлечения общества к исследованиям как необходимого элемента современной биомедицинской практики. Это не просто формальная коммуникация с участниками, а реальное привлечение личностей и вовлечение сообществ, затронутых проектом, в обсуждение целей, рисков, способов проведения и распространения результатов, а также в процесс этико-социальной экспертизы. Для биомедицинских исследований особенно значимо привлечение к исследованиям сообществ как заинтересованных и вместе с тем максимально лишенных личностной субъективности групп населения. Именно сообщества восприимчивы к долгосрочным последствиям исследования и одновременно обладают знанием о локальном контексте, без которого научный проект может быть методологически и этически неполным. В этой ситуации ЭК при проведении экспертизы исследования (как до его начала, так и по итогу) должны:
- оценивать, предусмотрены ли в проекте механизмы вовлечения сообществ;
- проверять, не сводится ли участие сообщества к формальному информированию;
- обращать внимание на то, насколько исследовательский дизайн учитывает интересы и уязвимости конкретных групп;
- анализировать, участвуют ли сообщества на этапе планирования, проведения и распространения результатов исследования;
- рекомендовать формы обратной связи с участниками и сообществами;
- контролировать этичность распространения результатов, особенно если они могут повлиять на репутацию, доступ к помощи или социальное положение групп [15].
Таким образом, вовлечение сообществ становится новым элементом этики исследования и еще одной сферой ответственности ЭК. Здесь члены этических структур выступают проводниками норм открытой науки, осуществляя переход научных исследований к формированию реальных механизмов диалога и обратной связи с обществом. Тем самым ЭК выходят за рамки формального контроля протокола и становятся институтом, поддерживающим переход от декларативного участия общества к подлинному соучастию в научном процессе.
Значимое направление деятельности ЭК — анализ этических стандартов, принципов научной деятельности и их реализации в проводимом исследовании. Безусловно, соблюдение этических норм науки всегда являлось частью проведения экспертизы проектов. Однако при акценте на вопросах рисков и пользы исследования, информирования участников и т. д. вопросы соблюдения общих этических принципов научной деятельности зачастую оставались за рамками интересов ЭК. Со времен классической работы Р. Мертона, где были определены стандарты исследовательской деятельности [16], принципы этноса науки претерпели существенные изменения, в частности приоритизируя научную добросовестность и честность, проводя стандарты научного скептицизма и этической экспертизы [17], а также дополняя современную этику исследований этическими ценностями открытой науки — прозрачностью, воспроизводимостью, инклюзивностью и т. д.
Современные исследования научной добросовестности показывают, что нарушения научного этоса все чаще связаны не только с прямыми формами недобросовестного поведения исследователей (плагиат и т. д.), но и с более «мягкими» и трудно фиксируемыми практиками: формализацией экспертных процедур, недостаточной прозрачностью анализа данных, некорректным использованием цифровых инструментов, а также размыванием ответственности между исследователями, консультантами и алгоритмическими системами. Это делает необходимым переход от узкой проверки соответствия протокола формальным требованиям к более содержательной оценке того, насколько проект действительно отвечает принципам честности, открытости, проверяемости и ответственности.
В этой связи ЭК должны выступать не только как органы предварительного одобрения исследований, но и как эксперты, задающие рамку для поддержания исследовательской культуры. Предложенная нами система этических принципов построения современной науки позволяет связать базовые нормы биомедицинской этики с принципами открытой науки и современными требованиями научного этоса, включая дополнительные правила работы с системами ИИ, данными, публикациями и т. д. (рис. 2) [18]. Эта схема может использоваться ЭК как ценностный ориентир при экспертизе проектов, особенно в тех случаях, когда речь идет о сложных цифровых и междисциплинарных исследованиях.
Необходимо учитывать, что практическая реализация этической экспертизы членами ЭК в контексте анализа соответствия деятельности ученого базовым этическим принципам исследований требует гуманитарной подготовки членов ЭК. Это не только разовые инструктажи и рекомендации, но и регулярное обучение, постоянные консультации со специалистами, тематические вебинары, посвященные вопросам исследовательской добросовестности, открытой науки, этики публикаций и корректной работы с данными. В таком формате ЭК способны выполнять не только контрольную, но и образовательную функцию, поддерживая исследователей в соблюдении современных стандартов научной этики.
И, наконец, еще одно новое направление деятельности ЭК, точнее формирование нового функционала и сферы развития — расширение сферы ответственности ЭК за пределы биомедицинских практик на все исследования, связанные с изучением человека, природы и общества. Традиционная модель ЭК была сформирована вокруг клинических и биомедицинских исследований, где центральным объектом была защита физического и психического благополучия участника. Но в открытой науке границы между медициной, социологией, информатикой, психологией, экологией и т. д. становятся все более проницаемыми. Поэтому исследования, которые формально не являются медицинскими, тоже могут затрагивать чувствительные данные, уязвимые группы, социальные риски и вопросы справедливости.
Например, проект по анализу больших массивов цифровых следов пользователей социальных сетей для прогнозирования депрессии, тревожности или суицидального риска уже нельзя считать сугубо техническим или социологическим. В таком исследовании возникает целый комплекс этических вопросов: согласие на использование данных, границы приватности, риск стигматизации, алгоритмическая предвзятость, возможность вмешательства в жизнь человека на основании неверной интерпретации данных. В этом случае одобрение и контроль ЭК абсолютно необходимы, даже если исследование не проводится в клинике и не связано напрямую с традиционной медициной. Аналогично это относится к исследованиям в области нейротехнологий, анализа генетических баз данных, экологических проектов с воздействием на местные сообщества и социальных исследований, где используются чувствительные персональные данные.
Таким образом, ЭК в современной науке все в большей степени могут рассматриваться как универсальные институты этической коррекции исследовательской деятельности. Их задача — не подменять научное сообщество, а обеспечивать, чтобы новые формы исследования, независимо от научной дисциплины, оставались соразмерными ценностям уважения к человеку, справедливости, ответственности и прозрачности. В этом смысле выход ЭК за пределы биомедицины не является расширением ради расширения: это необходимое условие этической устойчивости открытой науки. Эта тенденция должна стать системообразующей в современной науке. Ориентируясь на ЭК, уже существующие в медицине, необходимо создавать аналогичные структуры в гуманитарном, естественнонаучном и даже техническом знании (например, в сфере педагогики, психологии, социологии, биоинформатике и т. д.). Такие структуры могут формироваться на постоянной основе в вузах, при академиях наук и исследовательских лабораториях и т. д., ориентируясь прежде всего на этическое просвещение и консультирование исследователей, а также на гуманистическую экспертизу современных научных проектов. Биоэтическое просвещение важно, как для молодых исследователей, так и для широкой общественности, поскольку доверие к науке в значительной мере зависит от того, насколько понятны обществу принципы ее этической организации.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Проанализировав специфику работы ЭК в открытой науке, ожидания и пожелания членов ЭК при организации работы на национальном уровне, основные направления их деятельности, можно сделать следующие выводы.
- Современные ЭК неизбежно выходят за рамки традиционной биомедицинской экспертизы и становятся необходимым институтом сопровождения всех исследований, связанных с человеком, природой и обществом в условиях открытой науки, цифровизации и расширения междисциплинарных подходов.
- Экспертиза проектов, организованных с использованием систем ИИ, требует от ЭК не только обновления знаний, но и выработки целостной системы принципов работы с ИИ, включая оценку качества и происхождения данных, прозрачности алгоритмических решений, ответственности исследователей и корректности публикационного представления результатов.
- Вопросы работы с данными в современных исследованиях должны рассматриваться ЭК как самостоятельный этический блок. Особое значение приобретают принципы FAIR, CARE и TRUST, а также классические ориентиры качества данных, сформулированные в подходе ALCOA; их учет позволяет связать научную добросовестность с требованиями открытой науки и ответственным использованием данных.
- Паттерны открытой науки требуют участия ЭК в привлечении общества к исследованиям, что должно пониматься не как формальная коммуникация, а как реальное вовлечение сообществ в обсуждение целей, рисков, дизайна и распространения результатов исследований. Это особенно важно в биомедицинских проектах, где сообщества могут выступать не только объектом, но и значимым субъектом научного процесса.
- ЭК должны играть более активную просветительскую роль, включая не только экспертизу проектов, но и консультирование молодых ученых, научных коллективов по вопросам норм исследовательской этики, распространение практик исследовательской добросовестности. Такая деятельность способствует формированию культуры ответственной науки и снижению формализма в этической экспертизе.
- Для реализации новых функций ЭК необходимы системное обучение их членов, подготовка практических рекомендаций и развитие постоянных консультативных форм работы. Это особенно актуально для исследований с ИИ, проектов с посещением и повторным использованием данных, а также для междисциплинарных исследований, выходящих за пределы биомедицины.
- Развитие ЭК должно идти в направлении от преимущественно разрешительной модели к модели экспертно-консультативного и просветительского сопровождения науки.
_______
1 ALCOA — это акроним, который описывает ключевые принципы обеспечения целостности данных в фармацевтической системе качества.